Дело судьи Игоря Минаева: как правоохранители неудобного судью подставляли

Когда читаешь новость об очередном деле судьи, пойманного на горячем, не очень-то удивляешься, потому что судья-взяточник — это привычный для нас образ представителя Фемиды, который долго формировался в сознании граждан средствами массовой информации.

Журналисты годами писали о неправосудных решениях нечистых на руку судей. Не надо искать в этом какой-то злой умысел: СМИ освещают конкретные вопиющие случаи, обычная же работа тысяч честных судей остается за кадром (мол, о чем здесь писать?). Поэтому восприятие обществом человека в мантии оказалось несколько искривленным.

Вот и тогда, в конце сентября 2017 года, когда различные издания радостно подхватили новость о том, что детективы НАБУ разоблачили заместителя председателя Славянского горрайонного суда Игоря Минаева, который попался на мизерной взятке в 6000 грн, читатели восприняли это как очередное доказательство загнивания судебной системы. Удивились разве что жители Славянска, которые знали и уважали Игоря Николаевича.

Не менее удивленно и возмущенно прочла новость и адвокат и общественный деятель из Киева Мария Островская. Она лишь однажды пересеклась с судьей Минаевым по делу офицера, который из-за личного конфликта с командиром мог попасть за решетку, но опытному адвокату этого недолгого общения было достаточно, чтобы понять: перед ней не только справедливый судья, но и честный, скромный и порядочный человек. Мария нашла телефон судьи и предложила свою помощь — правовая защита pro bono, поскольку была уверена в его невиновности. Впоследствии вокруг уважаемого судьи сплотилась команда правозащитников, к которой присоединились Наталья Фещик, Алексей Кучер и Александр Пироженко.

Решение судьи по старому делу о больших деньгах

Внезапное появление в маленьком судейском кабинете целой толпы людей с видеокамерой, которые начали рыскать по всем углам, было для судьи Игоря Минаева полной неожиданностью. Он осознавал, что это какая-то провокация, но тогда еще не мог понять, кому он так насолил. Конечно, судья, отправляя правосудие, наживает себе множество врагов. Но, как оказалось впоследствии, на него не держали зла даже те, кто проходил у него по делам в качестве обвиняемых. Некоторые из них даже ходили на судебные заседания, где обвиняемым был сам Минаев, но не позлорадствовать, а поддержать справедливого судью. Лишь со временем все пазлы этой запутанной истории сложились в целостную картину.

А источники этого гадкого дела, как понял судья, берут начало еще в 2008 году, когда несколько состоятельных бизнесменов, вступив в сговор с директором горловского филиала «Приватбанка», взяли несколько крупных кредитов на только что открытую фирму-бабочку, которую впоследствии ликвидировали. Кредиты возвращены не были, залоги оказались липовыми. Но по некоторым кредитам эти бизнесмены лично выступали поручителями. Поэтому главный офис банка списал долги с их депозитных счетов — огромные деньги, которые они не собирались отдавать. Чтобы вернуть эти деньги, дельцам требовалось судебное решение — обвинительный приговор по уголовному делу о мошенничестве. Мол, они вообще были не в курсе, это кто-то из работников «Привата» что-то намутил.

В результате правоохранители из Управления защиты экономики (УЗЭ), расследовавшие уголовное дело, нашли молодую девушку-сироту Ирину Д., которая работала экспертом по кредитованию. Она вообще не имела отношения к этим кредитам. Решения по таким кредитам принимал кредитный комитет, в состав которого она — обычный клерк — не входила. Ни единой ее подписи на документах об этом кредите не было. Но разве это могло остановить следователей, которые нашли козла отпущения? У Ирины не было денег и родных, которые могли бы за нее заступиться, но она оказалась принципиальной, сообразительной девушкой с железным характером. В конце концов она доказала свою невиновность, и в конце апреля 2017 года судья Минаев ее оправдал.

Это очень не понравилось правоохранителям, которые все время, пока шло разбирательство дела, ходили кругами вокруг судьи, встречали с вопросами: «Ну, как там наше дело? Вы скажите, что там не так, мы все исправим…»

«Мне, конечно, нужно было обратить на это внимание, написать жалобу о давлении со стороны следствия. Но из-за своей занятости я не придал значения этим бестолковым попыткам вмешательства в отправление правосудия. Говорил: вы свою работу уже сделали, дайте мне делать свою, до свидания», — признается судья. После оправдательного приговора судье передавали, что правоохранители были на него очень злы и говорили, что он об этом еще пожалеет…

Обычное дело с неожиданными последствиями

В начале сентября на рассмотрение к судье Минаеву попал протокол об административном правонарушении, составленный 28 августа 2017 года патрульными полицейскими С. Филоновым и Р. Биланцем в отношении Андрея Стрильца. Тот якобы управлял транспортным средством в нетрезвом состоянии. Почему «якобы», станет ясно позднее.

Как водится, судья назначил рассмотрение. В тот же день Минаеву на служебный телефон позвонил бывший начальник конвойной службы городского отдела полиции Сергей Ковалев, который попросил судью как-то уладить дело в отношении своего кума Стрильца, закрыть его или затянуть рассмотрение, чтобы истек срок привлечения к административной ответственности. Ковалев пояснил судье, что куму сейчас никак нельзя засветиться в правонарушении, потому что он осужден и находится на испытательном сроке. «Ничем не могу помочь. Рассмотрение будет. Единственное, что могу посоветовать: пусть обратится к какому-то адвокату, чтобы кто-то квалифицированно представлял его интересы в судебном заседании», — ответил судья. Затем Ковалев еще несколько раз поджидал судью на улице возле суда, бежал за ним, пока тот не был вынужден в резкой форме прекратить с ним всякое общение.

12 сентября к делу приобщился адвокат Александр Омельяненко, который тоже начал настойчиво ходить за судьей и звонить ему: «А как можно закрыть дело? Давайте договоримся». Существует даже несколько видеозаписей с камер наблюдения суда, где видно, что адвокат бежит за судьей, а тот отмахивается от него, как от назойливой осенней мухи. 27 сентября адвокат встретил судью на лестнице, Минаев неохотно перекинулся с ним несколькими фразами, после чего зашел к себе в кабинет. И туда почти сразу ворвались более десяти человек с обыском.

Оказалось, что 12 сентября, буквально на следующий день после заключения договора о предоставлении адвокатских услуг, Омельяненко обратился в харьковское управление НАБУ с жалобой на вымогательство взятки судьей Минаевым.

Шесть тысяч гривен, которые были обработаны специальной жидкостью — люминесцентным веществом «Светлячок М», нашлись в служебном сейфе судьи. Эти деньги он, по словам детективов НАБУ, получил от адвоката, пересчитал и положил в наружный карман пиджака. А уже оттуда достал и положил в сейф.

Когда начался обыск, судья позвонил знакомому адвокату и попросил того приехать, чтобы процедура проходила с соблюдением закона, однако юриста в течение тридцати минут не допускали на место обыска. Судья оставался один на один с большим количеством людей, которые копались в его кабинете, переворачивая все вверх дном и подавая друг другу сигналы жестами и свистом. По его словам, они вели себя как-то очень дерзко и в то же время нервничали.

Сразу же руки судьи были проверены с помощью специальной лампы, которая должна была обнаружить следы «светлячка» (на видео обыска видно, что руки абсолютно чистые). Также с его рук были взяты смывы и отправлены на экспертизу. Деньги тоже — на предмет наличия на них отпечатков пальцев судьи. Забегая вперед, отметим, что результаты экспертиз, одну из которых проводило МВД, а другую СБУ, следствие тщательно скрывает от стороны защиты. «Там нет и не может быть моих отпечатков, а на моих руках не могло быть следов того вещества, ведь я не брал этих денег», — говорит судья.

Однако следы указанного вещества якобы нашли в кармане пиджака судьи. Возле этого пиджака, который висел на стуле за спиной судьи, все время терся один из полицейских, появившихся вместе с детективами НАБУ, — оперуполномоченный УЗЭ Суханов. Это неоднократно фиксировала камера, на которую снимали обыск. Хотя, по словам судьи, Суханов подавал различные сигналы детективам и оператору, чтобы его «не светили». В этот момент оператор отводил камеру в сторону, детективы перекрывали поле обзора, а понятые, как по команде, отворачивались и внимательно рассматривали стенку судейского кабинета. Впоследствии, анализируя ситуацию и видеофайлы, Игорь Минаев догадался, что все эти хаотические действия в его кабинете происходили именно для того, чтобы отвлечь его внимание от пиджака и опера Суханова, который стоял за его спиной.

«В карманах пиджака никаких денег не могло лежать вообще», — сдержанно улыбаясь, утверждают защитники Минаева, однако объяснить детали отказались: «пусть это будет сюрпризом для прокурора».

Спрашиваем у судьи Минаева, у кого еще были ключи от его сейфа. «Мне самому интересно. Мой адвокат специально делал запрос в наш суд по этому поводу. Это для нас новое здание, нас сюда переселили после ремонта. Дали кабинет, выделили сейф. У кого он стоял раньше, не знаю. Поставили его мне, дали ключ и все. На наш запрос председатель суда ответила, что дубликат ключа от моего кабинета есть у старшего секретаря суда (в течение двух лет на этой должности побывали минимум четыре человека), а насчет дубликата ключа от сейфа никаких данных нет. Нет даже сведений о том, что и у меня есть этот ключ. Действительно, я за него нигде не расписывался. То есть мой ключ не является чем-то уникальным, их может быть несколько и у кого угодно», — отвечает судья. И добавляет, что его больше волнует, каким образом правоохранители вошли на закрытый этаж суда, куда можно входить только работникам. То есть откуда они взяли ключи от основных дверей, которых ровно столько, сколько работников суда на этаже, и нет никаких дубликатов.

Интересное обстоятельство по делу судьи

А теперь о самом административном деле, ставшем поводом для «взятки». Когда сторона защиты обратилась к патрульной полиции с просьбой предоставить запись задержания патрульными Филоновым и Биланцем 28 августа 2017 года в 22.05 нетрезвого водителя Стрильца, ей сообщили, что такой записи у них нет. По закону, такие случаи обязательно фиксируются на три камеры (нагрудные видеокамеры обоих полицейских и видеорегистратор автомобиля), а записи хранятся в течение трех месяцев (пока не истечет срок привлечения нарушителя к административной ответственности). Адвокат обратился еще до конца указанного срока, но никаких достоверных доказательств нарушения не нашлось.

Vodafone в помощь: о чем свидетельствуют данные мобильного оператора

Адвокаты также решили выяснить информацию о телефонных контактах Александра Омельяненко. С этим обратились к следственному судье, и тот направил запрос оператору мобильной связи Vodafone. Оказалось, что Омельяненко постоянно разговаривал с работниками УЗЭ Игорем Сердюком и Виктором Гончаровым, сотрудниками того же подразделения, который вел дело против девушки из «Привата». Причем первый контакт правоохранителей и Омельяненко состоялся буквально на следующий день после составления того самого, скорее всего, фальсифицированного админпротокола.

С 29 августа по 21 сентября он 42 раза контактировал с Сердюком и Гончаровым. Связи с двумя абонентами учащались, становились наиболее интенсивными 11‒12 и 18‒19 сентября, причем происходили даже ночью и рано утром. Такая телефонная «дружба» резко оборвалась 21 сентября, как раз когда пришло на исполнение постановление следственного судьи из Киева о предоставлении разрешения на снятие информации с транспортных телекоммуникационных сетей, то есть на прослушивание телефона судьи и заявителя — адвоката Омельяненко.

Впрочем, это еще не все. Vodafone предоставил данные о передвижении Омельяненко, которое фиксировали базовые станции мобильной связи. Оказалось, что адвокат не ограничивался телефонными разговорами, а довольно часто посещал УЗЭ. Десяток таких посещений состоялись еще до 12 сентября, то есть еще до официального вступления адвоката-провокатора в дело. Накануне, 11 сентября, он провел в управлении более двух часов. А 12 сентября был там уже в 7.17 утра. По его утверждению, он встретился с Минаевым в тот же день, в 8.45, предъявил документы на право представлять своего клиента и сразу же стал жертвой вымогательства неправомерной выгоды.

Данные оператора мобильной связи свидетельствовали и о том, что в тот день, когда Омельяненко якобы подавал в Харькове заявление о вымогательстве взятки, он находился в Славянске и никуда оттуда не выезжал. Из протоколов допросов Омельяненко детективами НАБУ видно, что его допрашивали дважды — 12 сентября с 19.52 до 21.49 и 19 сентября с 16.40 до 17.49. Оба допроса проводились в Славянске, первый — в помещении управления УЗЭ по адресу: ул. Комьяхова, 34-А, а второй по адресу: ул. Генерала Лозановича, 16/32 (в протоколе — Лазуновича).

Однако судя по данным, полученным от оператора мобильной связи, Омельяненко в указанное в протоколах время находился в совершенно других местах. Во время первого допроса передвигался по городу, совершая телефонные звонки. Все это время он находился на расстоянии не менее 7,2 км от указанного в протоколе места проведения допроса. Во время второго допроса он был в зоне действия базовых станций, расположенных на ул. Генерала Батюка, 8 и на ул. Бульварная, 15, что примерно в трех километрах от места предполагаемого допроса. В течение этого времени он опять же пользовался услугами мобильной связи. Возникает вопрос: кого же тогда допрашивали детективы НАБУ Олег Сорский и Дмитрий Бусов?

Эти два сфальсифицированных протокола легли в основу дальнейших оперативных действий детективов НАБУ и работников УЗЭ.

На крючке у полиции

Отдельного внимания заслуживают личности фигурантов, то есть персонажей этой истории. Начнем с гражданина А. Стрильца, 1973 г. р., который приговором Славянского горрайонного суда Донецкой области 14 ноября 2014 года был приговорен за участие в незаконных вооруженных формированиях так называемой ДНР к пяти годам лишения свободы. Однако его освободили от отбывания наказания с испытательным сроком три года. За три испытательных года Стрилец неоднократно совершал административные правонарушения, привлекался к гражданской и административной ответственности, однако его так и не отправили в места лишения свободы.

Еще один человек, причастный к провокации, — Сергей Ковалев, который приходится кумом правонарушителя Стрильца и близким другом адвоката Омельяненко.

И основной персонаж этого трагифарса — адвокат Александр Омельяненко — в свое время засветился в громком деле об убийстве главного редактора телекомпании «ТОР» Игоря Александрова, которое произошло летом 2001 года в г. Славянске. Омельяненко выступал одним из главных свидетелей обвинения, которое, как оказалось, было сфальсифицировано правоохранительными органами.

Прокуратура Донецкой области (которую в то время возглавлял Виктор Пшонка) «назначила» убийцей первого попавшегося — ранее судимого алкозависимого Юрия Вередюка из Краматорска, который жил где придется и зарабатывал на жизнь тем, что собирал бутылки. По версии прокуратуры, Вередюк забил до смерти Александрова, потому что спутал его с адвокатом Омельяненко. Он якобы хотел навредить именно этому адвокату, поскольку тот неудачно выступил в деле о расторжении брака его знакомых. К слову, Омельяненко, как бывший участковый милиционер, занимается только уголовными делами, а после начала войны на Востоке Украины его конек — дела, связанные с сепаратизмом, терроризмом. Дела о разводе он никогда не вел.

В мае 2002 года Апелляционный суд Донецкой области оправдал Вередюка и освободил его из-под стражи. Впрочем, это не спасло оправданного. Вскоре он был отравлен работником милиции, одним из тех, кто фальсифицировал дело. Настоящих убийц журналиста — членов организованной преступной группировки приговорили лишь в 2006 году. На скамью подсудимых попали также сотрудники милиции, обвинившие Вередюка.

Омельяненко принимал и продолжает принимать участие в качестве защитника, предоставляя правовую помощь в делах, связанных с сепаратизмом, терроризмом. В связи с такой его деятельностью он с начала оккупации Донбасса неоднократно выезжал на оккупированную территорию Украины и в г. Донецке дал интервью российскому пропагандисту. В рассказе раскрыл незаконность и коррупционность действий должностных лиц правоохранительных органов Украины и свое участие в этих делах, после этого вернулся в г. Славянск. То есть мы видим, что все причастные к делу судьи Минаева «гражданские» достаточно уязвимы с точки зрения закона и зависимы от милости правоохранителей, поэтому могут время от времени выполнять их деликатные поручения.

Дело судьи Минаева: вторая попытка

После скандала со «взяткой» задействованные в провокации правоохранители обратились в Высший совет правосудия с представлением об отстранении Минаева от правосудия. Одним из пунктов указали то, что он может воспользоваться своей административной должностью и давить на других судей и работников суда. Чтобы избежать подобных инсинуаций, Игорь Николаевич сам написал заявление о сложении с себя полномочий заместителя председателя суда и впоследствии продолжил работать в статусе судьи.

Так и не получив компенсации, работники УЗЭ начали готовить очередную «спецоперацию» против ненавистного судьи. Прошел год, и в августе 2018-го правоохранители предприняли новую попытку дискредитировать судью Минаева. Причем по той же схеме. К судье попал протокол об административном правонарушении — вождении автомобиля в нетрезвом состоянии. Нарушителем был некий Александр Проскурин, который ранее неоднократно привлекался к административной ответственности. Однако эта попытка оказалась совсем неудачной. Со слов бывшего секретаря Славянского горрайонного суда Донецкой области Александра Доли:

«В конце июля 2018 года ко мне обратился малознакомый Проскурин Александр с предложением помочь ему за денежное вознаграждение, чтобы его не лишили водительского удостоверения за управление транспортным средством в состоянии опьянения. Дело по ч. 1 ст. 130 КУоАП в отношении него находилось на рассмотрении судьи Минаева И. Н. Я согласился, но об этом не сообщал судье Минаеву И. Н., понимая: это бесперспективно, Минаев мне откажет и станет еще более придирчиво относиться к делу.

Проскурин А. неоднократно приходил в помещение суда и общался со мной на эту тему. Позднее из материалов уголовного производства мне стало известно, что Проскурин А. в это время уже негласно сотрудничал с работниками Управления защиты экономики национальной полиции в Донецкой области и все наши разговоры записывал на аудио- и видеосредства фиксации.

13 августа 2018 года Проскурин А. передал мне денежные средства и спустя некоторое время в помещении суда я был задержан сотрудниками Управления защиты экономики в Донецкой области Гончаровым В., Панченко А., Сердюком И., а также прокурором Пшеничным А. Сразу после задержания оперуполномоченный Гончаров В. потребовал от меня дать обличительные показания о судье Минаева И. Н., а именно: что деньги я должен был передать ему по его требованию. За это он обещал, что я не буду привлечен к уголовной ответственности. После моего отказа я пригласил адвоката Винник З. Г., которая прибыла в суд. После ее прибытия Гончаров В. повторно стал выдвигать требования, чтобы я рассказал о соучастии в этом преступлении судьи Минаева И. Н., но я отказался, поскольку судья Минаев И. Н. вообще о моих отношениях и общении с Проскуриным А. ничего не знал.

Несколько дней спустя, в августе 2018 года я был в здании Управления защиты экономики Национальной полиции в г. Славянске, по ул. Комьяхова (около железнодорожного вокзала), где со мной проводили следственные действия. При этом я слышал разговор между работниками УЗЭ, среди которых был оперуполномоченный Гончаров В., которые обсуждали, как по гражданскому делу о взыскании значительной суммы долга, находившемуся на рассмотрении судьи Минаева И. Н., надо последнему подбросить взятку мечеными денежными средствами и задержать его».

Интересно, что после этой неудачной попытки, когда судья Минаев все же начал рассматривать распределенное на него дело, к нему снова пришел Омельяненко, уже в качестве законного представителя Проскурина. Минаев тотчас же написал самоотвод, который был удовлетворен. С того момента попытки Омельяненко войти в дела, рассматриваемые судьей Минаевым, заканчиваются самоотводом судьи.

Игорь Минаев обратился с жалобой на действия адвоката-провокатора в Высшую квалификационно-дисциплинарную комиссию адвокатуры. Он документально доказал, что адвокат Омельяненко, подписав со Стрильцом договор об оказании правовой помощи, фактически никакой адвокатской услуги своему клиенту не предоставил, а использовал свой статус лишь для участия в инсценированной спецоперации правоохранительных органов.

24 апреля 2019 года за противоправное сотрудничество с НАБУ и систематическое нарушение правил адвокатской этики Высшая квалификационно-дисциплинарная комиссия прекратила адвокатские полномочия Александра Омельяненко сроком на один год. Но это не остановило его профессиональную деятельность. Адвокат продолжает участвовать в судебных процессах, как будто ничего не произошло, вводя клиентов в заблуждение. Юристы утверждают: продолжение запрещенной адвокатской деятельности носит признаки уголовного преступления, предусмотренного ст. 400-1 Уголовного кодекса Украины — «Представительство в суде без полномочий». Карается это штрафом до 3000 необлагаемых минимумов доходов граждан или арестом на срок до трех месяцев.

Что касается самого Игоря Минаева, то его дело еще не закрыто. Его еще будет рассматривать Высший антикоррупционный суд. Адвокаты уверены в доказанности своей правовой позиции и оправдании уважаемого судьи.

Автор материала: Инга ЛАВРИНЕНКО

Источник: Racurs.ua

Источник: HPiB.life

Share

You may also like...